Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Резюме и содержание доклада Постоянной Комиссии по экологическим правам СПЧ "Изменение климата как вызов и уникальная возможность для технологической трансформации России и обеспечения соблюдения экологических прав граждан” от 23 Ноября 2020
23 ноября прошло 69-е специальное заседание СПЧ на тему "Гражданское участие в обеспечении экологической безопасности и сохранении климата"

Тема изменения климата давно перешла из исключительно научной повестки также в политическую, экономическую и общественную, и Россия здесь не исключение. На 75-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН Президент РФ Владимир Путин указал на изменение климата как одну из ключевых проблем, стоящих перед человечеством: «В центре совместных усилий, конечно, должны оставаться и защита окружающей среды, и проблемы изменения климата. Свою актуальность в полной мере доказали соответствующие многосторонние конвенции, договоры и протоколы в рамках ООН. Призываем все государства ответственно подходить к их соблюдению, особенно по достижению целей Парижского соглашения» (http://www.kremlin.ru/events/president/news/64074).

Каким образом сделать так, чтобы изменение климата стало не просто вызовом современности, но и стимулом для перехода к новой модели общественного устройства, позволяющей цивилизации продолжить существовать? Настоящий доклад, представленный серией тематически связанных научных и экспертных статей, предлагает взглянуть на проблему климата как на уникальную возможность для технологической трансформации страны.

У нас есть все основания для того, чтобы не относиться к климатическому кризису формально или цинично: это экзистенциальный вызов, в котором человечеству потребуется объединить усилия и инвестировать огромные ресурсы для того, чтобы обеспечить выживание современной цивилизации. Изменение климата — главный вызов безопасности страны и мира, в отличие от всей предыдущей истории человечества, когда источником угрозы служили, как правило, армии противника. Ситуация требует стремительного переосмысления и безотлагательных действий. Важно правильно рассказать о проблеме обществу, наладить контакт политиков и учёных, снижать выбросы и инвестировать в технологии мониторинга и улавливания парниковых газов.

Прогнозы новой климатической реальности были сделаны советской научной школой ещё во второй половине XX века: расчёты великого советского учёного М. И. Будыко, сделанные в 1970-х годах, находят подтверждение спустя 50 лет (разд. 1.1, 1.2). По данным мониторинга, концентрация углекислого газа в атмосфере Земли неуклонно растёт. В 2019 году она достигла очередного максимума, который в 2020 году наверняка будет превышен (разд. 1.1).

При этом деградация вечной мерзлоты может привести к выбросам дополнительных объёмов метана — второго по важности парникового газа, — что ускорит процессы изменения климата, к которым наша цивилизация во многом не готова (разд. 1.4).

В России скорость климатических изменений выше, чем в среднем по миру: рост среднегодовой температуры воздуха на территории России в 1976–2019 гг. составил 0.47°С / 10 лет, что в два с половиной раза выше скорости роста глобальной температуры (разд. 1.1). Примерами объектов природного и культурного наследия нашей страны, которые находятся в опасности, могут служить экосистема озера Байкал и Санкт-Петербург (разд.1.3).

Для Санкт-Петербурга в зоне риска оказываются объекты гидросети и процессы карстообразования, из-за их особенной чувствительности к прогнозируемому росту уровня моря, возрастанию количества и интенсивности осадков, увеличению доли жидких осадков. Острой является проблема наводнений и разрушений берегов для прибрежных территорий Курортного района Санкт-Петербурга. Согласно модельным оценкам, при закрытых створах защитной дамбы максимальные уровни воды при наводнениях в Курортном районе увеличиваются примерно на 5–10 % (И. А. Серебрицкий. Опыт Санкт-Петербурга в вопросах управления адаптацией к изменениям климата и смягчения антропогенного воздействия на климатическую систему (https://climatescience.ru/articles/5ec4ff5f8f3e1f001a9cee1a).

Недавние исследования показали, что доминантные в бентосных сообществах Байкала виды амфипод подвержены негативному влиянию климатических изменений, так как температуры в зоне их обитания уже превышают критические физиологические пороги. В дальнейшем это может привести к миграциям или даже исчезновению отдельных видов, от которых зависит функционирование бентосных экосистем и экосистемы уникального озера в целом.

На территории распространения вечной мерзлоты (примерно 65 % территории Российской Федерации) инфраструктура находится под угрозой (разд. 1.4). Несколько аномально тёплых и снежных зимних сезонов могут спровоцировать активное таяние мерзлоты. Даже консервативные климатические модели показывают, что как минимум 25 % инфраструктуры северных городов России может быть разрушено к 2050 году. Прямой ежегодный ущерб России от таяния вечной мерзлоты уже достигает 150 млрд. рублей в год.

Мерзлота является крупнейшим резервуаром органики, в ней законсервировано 1400–1800 млрд. т углерода. При таянии мерзлоты микробы перерабатывают эту органику в углекислый газ и метан. Согласно оценкам, если глобальные выбросы парниковых газов к концу века продолжат расти и достигнут 100 млрд. т СО2 -эквивалента в год, то одновременно с этим из мерзлоты в атмосферу за следующие 80 лет может поступить 800 млрд. т СО2-эквивалента. При этом поток парниковых газов может превысить антропогенные выбросы.

По расчётам норвежских учёных, если антропогенные выбросы парниковых газов сократить до нуля прямо сейчас, глобальные температуры будут продолжать расти ещё примерно в течение ста лет из-за инерционности глобальной климатической системы и самоподдерживающегося таяния арктических льдов и вечной мерзлоты (Jorgen Randers, Ulrich Goluke. An earth system model shows self-sustained melting of permafrost even if all man-made GHG emissions stop in 2020 https://www.nature.com/articles/s41598-020-75481-z).

По мнению учёных, существует ряд важных природных причин, которые не позволят быстро переломить тенденцию глобального потепления, в том числе рост содержания парниковых газов в атмосфере в связи с эмиссией углерода при деградации вечной мерзлоты.

Среди важных последствий изменения климата, которые несут прямые экономические потери для экономики России, — рост количества метеорологических опасных явлений. Ущерб от опасных климатических явлений, среднее значение которых за период 2014–2018 гг. превысило аналогичное значение за 1998–2002 гг. почти в 3 раза, составляет 30–60 млрд. рублей (разд. 1.1) (Ежегодные потери России в связи с таянием вечной мерзлоты составляют от 50 млрд. до 150 млрд. руб., а в дальнейшем сумма ущерба будет только расти. Об этом заявил заместитель министра по развитию Дальнего Востока и Арктики (Минвостокразвития) Александр Крутиков. (Источник: https://www.rbc.ru/economics/18/10/2019/5da9b5c79a7947a24d16714d).

Необходимо отметить, что изменение климата несёт и экономические выгоды. Но эти выгоды необходимо рассматривать в комплексе с другими факторами. Например, несмотря на повышение вегетативного периода в сельском хозяйстве и, как следствие, рост биоклиматического потенциала в определённых периодах, при наихудшем сценарии в целом по России «продуктивность зерновых культур снизится на 17.6 % к концу столетия по сравнению с базовым периодом 1981–2000 гг.» (Второй оценочный доклад Росгидромета об изменениях климата и их последствиях на территории Российской Федерации. — М.: 2014, 943 с.). Сокращение отопительного сезона и, как результат, сокращение потребления ископаемого топлива компенсируется дополнительным использованием электрической энергии для охлаждения во время волн жары, которые становятся всё продолжительнее. Например, для Южного федерального округа индекс энергопотребления к 2060 году в холодный сезон снизится примерно на 700 °С⋅сут, а индекс энергопотребления в тёплые сезоны вырастет на 300 °С⋅сут (Второй оценочный доклад Росгидромета об изменениях климата и их последствиях на территории Российской Федерации. — М.: 2014, С. 820).

Изменение климата влияет на все без исключения сферы жизни каждого человека и представляет угрозу для полноценного осуществления прав человека. Последствия изменения климата уже приводят или могут приводить к нарушению следующих прав граждан:

— Право на жизнь (дополнительная смертность в результате волн жары, риски заболеваний и дополнительной смертности в результате распространения и вспышек опасных болезней, разрушения скотомогильников в зоне вечной мерзлоты). Жаркое лето-2010 привело к пожарам и резкому подъёму смертности в европейской части России. Так, в Москве избыточное число случаев смертности достигло 11 тыс. (разд. 1.5). Во время волн жары продолжительностью более 7 дней в Москве, Твери, Мурманске, Архангельске, Якутске, Магадане дополнительная смертность вследствие ишемической болезни сердца составила 32 %, из-за цереброваскулярных заболеваний, включая инсульт, — 42 % и от всех естественных причин в целом — 26 %  (Ревич Б. А., Шапошников Д. А., Семутникова Е. Г. Климатические условия и качество атмосферного воздуха как факторы риска смертности населения Москвы в 2000–2006 гг. // Медицина труда и промышленная экология. – 2008, 7, С.29–35. Ревич Б. А. Волны жары, качество атмосферного воздуха и смертность населения Европейской части России летом 2010 года: результаты предварительной оценки // Экология человека. – 2011, No 7, С. 3–9).

— Право на благоприятную окружающую среду (ухудшение качества воздуха в результате природных пожаров).

— Право на выбор места проживания (вынужденное изменение места жительства из-за паводков, наводнений, засух и иных чрезвычайных ситуаций, разд. 2.3).

— Доступ к продуктам питания и чистой воде (потеря урожая и угроза продовольственной безопасности, загрязнение вод).

Изменение климата, которое ведёт к ухудшению качества жизни, означает дополнительные вызовы для общественно-политической системы. Очевидно, что потеря родственников, собственного здоровья, жилья вследствие факторов, связанных с изменением климата, приводит к напряжённости в обществе. Климатические факторы (например, смог в результате природных пожаров) могут усугублять такие сложные политические вызовы для общества и государства, как пандемии: по оценкам учёных, в некоторых городах США, Италии и других странах доказано увеличение смертности от вируса в городах с наиболее высоким уровнем загрязнения атмосферного воздуха.

Однако ухудшение качества жизни в результате прямого воздействия не является единственным фактором, создающим дополнительную турбулентность для любой общественно-политической системы. Как показывает мировой опыт, ухудшение климатических условий может вести к дополнительной миграции и обострению социальных конфликтов в результате слишком быстрого с точки зрения исторического времени смешения различных субкультур, этносов в результате вынужденной миграции. Дальнейшее неизбежное ухудшение состояния окружающей среды приведёт (http:/испи.рф/wp-content/uploads/2020/06/cacR.2.20_13-pp.160-176.pdf) к усилению миграционных потоков из стран Центральной Азии, при этом основное их направление — Россия. В рейтинге уязвимости (https://openknowledge.worldbank.org/handle/10986/16090) к климатическим изменениям, составленном Всемирным банком, первое место среди всех стран Восточной Европы и Центральной Азии занимает Таджикистан, Кыргызстан на третьем месте, Узбекистан — на шестом, Туркменистан — на седьмом (раздел 2.3).

Помимо прямых потерь вследствие изменения климата, есть значительные риски, связанные с трансформацией традиционных глобальных энергетических рынков, от которых зависит российская экономика. Многие страны — экономические партнёры Российской Федерации — заявляют о переходе к низкоуглеродной модели экономики, в том числе используя сложившуюся ситуацию с эпидемией коронавируса COVID-19:

— в декабре 2019 года ЕС принял официальное решение о реализации программы «Европейский зелёный курс» (https://ec.europa.eu/info/strategy/priorities-2019-2024/european-green-deal_en);

— в сентябре 2020 года на Генеральной ассамблее ООН Китай заявил о намерении достигнуть углеродной нейтральности к 2060 году (https://rg.ru/2020/09/23/kitaj-poobeshchal-prekratit-vybrosy-ugleroda-v-atmosferu-k-2060-godu.html);

— в октябре 2020 года премьер-министр Японии пообещал поставить цель добиться нулевых выбросов углерода страны к 2050 году (http://www.finmarket.ru/news/5341274);

— в октябре 2020 года президент Южной Кореи заявил о намерении достигнуть нулевого баланса выбросов к 2050 году (Moon says S. Korea's 2050 carbon-neutral goal is 'heavy promise,' urges calm preparations http://www.koreaherald.com/view.php?ud=20201103000605&np=1&mp=1)

— в октябре 2020 года министерство энергетики Филиппин заявило об установлении моратория на строительство новых угольных электростанций и усилении политики с целью ускоренного развития возобновляемых источников энергии 14.

Выполнение странами добровольных обязательств в рамках Парижского соглашения уже к 2030 г. ведет к снижению российского энергетического экспорта (в материальном объеме) на 20 %, а к 2050 г. – на 25 % по сравнению с базовым сценарием, который не учитывает Парижское соглашение (разд. 2.1). С учетом того, что в 2023 г. вклады будут пересмотрены в сторону ужесточения, а также с учетом возможности технологических прорывов (например, в технологиях накопления или передачи энергии, которые могут дать мощный толчок развитию ВИЭ, в водородной энергетике, в развитии электромобилей), снижение российского энергетического экспорта будет еще больше.

Результаты моделирования показывают, что выполнение странами добровольных обязательств в рамках Парижского соглашения приведет к падению среднегодовых темпов прироста российского ВВП на 0,2–0,3 п. п. к 2030 г. по сравнению с базовым сценарием. Дальнейшее ужесточение климатической политики в мире вызовет дополнительное сокращение темпов прироста ВВП примерно на 0,5 п. п. в период с 2035 по 2050 г. (разд.2.1).

Как результат, источником дополнительных политических рисков является появление экономически депрессивных регионов и моногородов из-за изменения конъюнктуры глобальных рынков в связи со снижением потребления или отказом от ископаемого топлива. Например, из-за ухудшения ценовой конъюнктуры и падения мирового спроса, Кузнецкий угольный бассейн может повторить судьбу таких угольных моногородов, как Инта и Воркута (в 2018 году на добычу угля пришлось 38,2 % валового регионального продукта Кемеровской области).

Технологическая трансформация — одно из ключевых решений для управления экономическими и политическими рисками. Текущая ситуация с изменением климата, а также планы других стран требуют кардинальной трансформации социально-экономического развития России и выстраивания новых отношений с зарубежными партнёрами на основе диалога по вопросам климата и технологической модернизации. Низкоуглеродная трансформация экономики в средне- и долгосрочной перспективе позволит избежать экономических кризисов и политических рисков в будущем либо минимизировать их и, самое главное, - защитить права граждан на благоприятную окружающую среду и другие права.

В сфере энергетики стартовые условия для трансформации выглядят как непростые: около 90% потребляемой энергии страны обеспечивает ископаемое топливо; энергоэффективность экономики имеет значительный нереализованный потенциал; такие ниши для возобновляемой энергетики, как децентрализованная энергетика изолированных территорий и биогазовый цикл на основе органических отходов сельского, лесного и коммунального хозяйств, пока не имеют достаточного правового сопровождения и помощи со стороны государства. По данным Международного института устойчивого развития (The International 14 DOE Sec.. Cusi declares moratorium on endorsements for greenfield coal power plants // Republic of the Philippines Department of Energy, October 27, 2020. https://www.doe.gov.ph/press-releases/doe-sec-cusi-declares-moratorium-endorsements-greenfield-coal-power-plants Institute for Sustainable Development, IISD), только субсидирование потребления электроэнергии, получаемой за счёт ископаемого топлива, через заниженные тарифы на электроэнергию составляет свыше 13 млрд. долл. США экв. в год 15. Это создаёт проблему недоинвестирования в электрогенерацию и искажённое представление о «дороговизне» возобновляемой энергетики. Помимо прямых субсидий есть и скрытые, например, в виде низких экологических стандартов, которые приводят к тысячам нефтяных разливов ежегодно только на промысловых нефтепроводах.

Однако в стране есть примеры успешной технологической трансформации. Рыночный спрос на водосберегающие и энергосберегающие технологии (качественное сантехническое оборудование, стеклопакеты, светодиодное освещение, приборы учёта потребления воды) помогли стабилизировать спрос на энергоресурсы, обеспечили развитие новых технологических ниш и создание новых рабочих мест.

Внедрение программы строительства объектов генерации на основе возобновляемых источников энергии (далее — ВИЭ) по договорам поставки мощности на оптовым рынке, несмотря на относительно скромные абсолютные показатели в производстве энергии (порядка 1 % от общей выработки), тем не менее позволило обеспечить технологический задел в этой перспективной отрасли.

В России принята дорожная карта по развитию водородной энергетики. Российские регионы запускают пилотные проекты по снижению парниковых выбросов. В неэнергетических секторах стартовые условия для технологической трансформации также непростые. В области обращения с твёрдыми коммунальными отходами не соблюдается иерархия политики по обращению с отходами, где на первых местах должны стоять (1) максимальное использование исходного сырья и материалов и (2) предотвращение образования отходов. Однако де-факто при реализации политики обращения с ТКО на первом месте стоит их сжигание или в лучшем случае захоронение, что становится источником новых парниковых газов и новых токсических отходов более высокого класса опасности.

В лесном хозяйстве не внедряются в достаточном объёме технологии мониторинга и тушения природных пожаров; многие регионы не контролируют применение такой опасной технологии, как профилактическое выжигание травы; в совокупности это ведёт к более частым и масштабным лесным пожарам. В результате «анализ брутто- потоков СО2 на лесных землях свидетельствует, что пожары ежегодно приводят к потере от 25 % до 30 % поглощения, что сопоставимо с потерями углерода при лесозаготовках. Следует отметить, что такого вклада пожарных нарушений в баланс парниковых газов в лесах нет ни в одной другой развитой стране. Например, в Финляндии пожары приводят к потерям менее 1 % от ежегодного поглощения» (разд. 4.3).

Тем не менее, примеры успешных шагов по технологической трансформации есть и в неэнергетическом секторе. Так, Правительство выполнило поручение Президента РФ и утвердило особенности использования лесов на землях сельскохозяйственного назначения —открыло возможности лесовыращивания на заброшенных сельхозземлях, где выращивание (https://www.iisd.org/system/files/2020-11/g20-scorecard-russia.pdf) сельскохозяйственных культур невыгодно в силу природных и экономических причин. Прежде владельцы таких территорий были вынуждены уничтожать выросший самостоятельно лес по итогам проверок со стороны надзорных органов. Часто уничтожение производилось путём сжигания, что вело к пожарам на соседних землях лесного фонда.

Разрешение лесовыращивания на территории до 50 млн гектаров (именно такой потенциал у неиспользуемых сельхозземель, с учётом планов Минсельхоза по возвращению заброшенных земель в оборот) позволит депонировать до 0,3 млрд. тонн углекислого газа в год за счёт лесовыращивания на заброшенных сельскохозяйственных землях (для сравнения, выбросы парниковых газов в энергетике составляют порядка 1,7 млрд. тонн CO2-экв. в год). Лесовыращивание на этих землях позволит создать до 100 тыс. рабочих мест за счёт организации лесовыращивания и лесозаготовки на этих землях.

Новая климатическая политика государства является необходимым условием для технологической трансформации российской экономики. Россия предпринимает важные шаги в области охраны климата. В сентябре 2019 года Российская Федерация присоединилась к Парижскому соглашению. Для его реализации подготовлен проект стратегии долгосрочного развития экономики Российской Федерации с низким уровнем выбросов парниковых газов до 2050 года (далее — Стратегия). Однако проект Стратегии и другие документы стратегического планирования не учитывают значительного потенциала Российской Федерации в снижении выбросов парниковых газов и не позволяют внести необходимый вклад в удержание повышения температуры Земли в пределах 1,5–2 и даже 2,5 градуса (существующие обязательства стран ведут к повышению на 3–3,5 градуса к 2100 г. (United Nations Environment Programme (2019). Emissions Gap Report 2019. UNEP. https://wedocs.unep.org/bitstream/handle/20.500.11822/30797/EGR2019.pdf sequence=1&isAllowed=y, С. 27). Более того, в настоящее время в России наблюдаются попытки ослабления экологического законодательства.

Очевидно, что для достижения целей Парижского соглашения необходима такая климатическая политика, которая обеспечит условия для технологической трансформации. Основой этой политики должно стать принятие радикально более амбициозной, чем принятая накануне, национальной цели до 2030 г., определяющей вклад в достижение целей Парижского соглашения на национальном уровне (ОНУВ), которая позволит выйти на траекторию выполнения цели углеродной нейтральности к середине столетия. Условиями выполнения ОНУВ является введение системы учёта и целевого сокращения парниковых эмиссий. Критерием успеха этой системы должно стать кардинальное снижение энергоёмкости ВВП и приоритетное развитие возобновляемой энергетики (разд. 3.1).

В качестве примеров конкретных шагов по наполнению новой климатической политики можно рассматривать предложения, которые уже формируются в бизнес-среде. Например, в рамках краудсорсингового проекта Российского социально-экологического союза и Гринпис «Зелёный курс России» было получено порядка 100 предложений со стороны российских бизнес-ассоциаций, инициативных групп, экспертиза которых охватывает различные направления «зелёного» развития России.

В части политики в отношении ископаемой энергетики необходима разработка мер по диверсификации экономики регионов и моногородов, которые зависят от добычи и экспорта ископаемого топлива, в первую очередь угля (разд. 2.2). Частью политики должны стать жёсткие ограничения с целью обеспечения экологических прав граждан на благоприятную окружающую среду, в том числе введение запрета на передачу земель сельскохозяйственного назначения для проектов по добыче угля, на добычу и перегрузку угля в черте населённых пунктов и т. д. Необходимо обеспечить контроль и улавливание шахтного метана.

Необходимо оценить перспективы рынка угля в азиатско-тихоокеанском регионе в связи с планами по декарбонизации экономик Китая, Японии, Южной Кореи и, в случае необходимости, пересмотреть планы по расширению инфраструктуры для экспорта угля в этот регион.

Условием технологической трансформации на основе климатически и экологически дружественных технологий является общественный запрос. Решение задачи трансформации невозможно без качественного информирования общества, обеспечения взаимодействия политиков и учёных, что само по себе может оказаться непростой задачей.

Тем не менее со стороны российского общества уже существует серьёзный запрос на технологическую трансформацию на основе экологически дружественных технологий и на более активную климатическую повестку со стороны государства. Так, результаты исследования ВЦИОМ и Фонда национальной энергетической безопасности свидетельствуют, что 43 % опрошенных полагают, что борьбу с климатическими изменениями надо вести прежде всего государству (https://tass.ru/obschestvo/9223313), создавая законодательную базу и обеспечивая контроль за использованием природных ресурсов (разд. 5.1).

К сожалению, формирование общественного запроса на экологическую модернизацию сталкивается с рядом проблем, вызванных в том числе несовершенством государственной климатической и экологической политики. Часто общественные организации и активисты, работающие в области климата и охраны окружающей среды и формирующие запрос на технологическую модернизацию, подвергаются преследованиям. С 2012 года закон об иностранных агентах привёл к ликвидации 22 из 32 экологических НКО, объявленных иностранными агентами (http://rusecounion.ru/ru/ecoagents). Одновременно с этим наблюдается рост конфликтов, вызванных экологическими проблемами, вплоть до уличных протестов и прямых столкновений местных жителей со строителями и частными охранными предприятиями (разд. 5.2). При этом нужно понимать, что даже такие общественные кампании, как сохранение зелёных насаждений в городах и борьба с природными пожарами, — это часть политики по адаптации к глобальному изменению климата.

Зачастую в таких ситуациях государство оказывается стороной конфликта, причём органы власти не столько идут навстречу озабоченным гражданам, сколько репрессируют авторов экологических кампаний и данных об экологических катастрофах, обвиняют активистов в работе на международные силы влияния, способствуя маргинализации протеста и показывая, что госаппарат и силовые структуры — не независимые арбитры, а, скорее, поддерживают загрязнителей.

Тема изменения климата в последние несколько лет стала важной для российских медиа, включая социальные сети, однако ряд российских СМИ, прежде всего федеральные телеканалы, часто однобоко освещают тему изменения климата, преимущественно представляя позицию климатических скептиков. Российское государство, признав проблему изменения климата и антропогенный фактор как его основную причину, может и должно более активно формировать климатическую повестку в СМИ через коммуникацию со стороны профильных министерств и ведомств, государственных научных институтов, поддерживая работу научных коммуникаторов и представителей общественных организаций в этой области. Одновременно с этим, необходимо отметить, что население России всё больше интересуется проблемой изменения климата, считая её одной из наиболее актуальных экологических проблем, замечая климатические изменения и расценивая их как реальную угрозу.

В системе образования тема изменения климата пока не находит должного внимания. Внедрение тем, связанных с изменением климата, в различные образовательные программы и стандарты (в том числе в программы средней и высшей школы, среднего профессионального образования, постдипломного образования) во многом обеспечит успех технологической трансформации на основе климатически и экологически дружественных технологий (разд. 5.3).

В области науки необходимо всеми силами стимулировать программы академического обмена, образовательные программы за рубежом для подготовки кадров и управления коммуникациями в контексте реализации мер по предотвращению наихудших климатических сценариев и внедрению новой климатической политики в целом. В частности, рекомендуется поддержка следующих направлений:

— расширения предметов и проблематики исследований;

— сбора, агрегации и проверки данных, мониторинга парниковых газов, оледенения и осадков в открытом доступе; максимального расширения доступа к информации и публикации открытых данных по климатической проблематике;

— обеспечения коммуникации — внутри научного сообщества, между исследователями и практиками, с обществом в целом, — для максимально эффективного взаимодействия разных акторов, что также позволит сделать ситуацию понятной для населения, исключить возможность распространения ложной информации и введения граждан в заблуждение;

— создания прозрачной коммуникационной среды, доступ к которой будет у всех заинтересованных лиц, агрегация научных знаний в открытом доступе, включая сбор всех исследований, сделанных за счёт государства и фондов, а также поддержка создания и запуска новых научных медиа, в том числе работающих на основе совмещения принципов функционирования традиционных академических журналов и социальных медиа.

Для развития дальнейших исследований климата в России может быть полезно реализовать заложенную в климатической доктрине идею разработки и реализации государственной программы высокотехнологичного оснащения национальных центров климатических исследований (например, в рамках планируемой Федеральной научно-технической программы «Климат и экология»).

Необходим сдвиг общественной парадигмы от реакции на происходящие события к упреждающей адаптации к изменениям, ожидаемым в ближайшие десятилетия. В случае расширения временного горизонта планирования востребованность климатических исследований будет чрезвычайно высокой.

Важной частью новой климатической политики должны стать масштабные научные исследования выхода метана в зонах распространения вечной мерзлоты и с шельфа Мирового океана. Предлагается поддержка исследований в области снижения или предотвращения масштабных выбросов метана в случае деградации вечной мерзлоты и дестабилизации океанских метангидратов. Эта задача беспрецедентна, требует международного научного и технологического сотрудничества. В международной климатической повестке контроль за выходом метана с арктического шельфа и из вечной мерзлоты является, безусловно, во многом зоной ответственности России, как и обеспечение условий для выживания арктических экосистем и предотвращение исчезновения многих видов животных.

В международной политике Россия может стать как лидером в определённых технологиях

(например, производстве «зелёного» водорода), так и лидером в сфере формирования международных отношений нового типа, направленного на преодоление национального эгоизма в вопросе спасения климата.

Для этого Россия может расширить спектр реализуемых в стране климатически дружественных проектов как с развитыми, так и с развивающимися странами, для чего необходимо перейти от реализуемой на современном этапе стратегии откладывания конкретных мер, нацеленных на результат, и тактики ситуационного реагирования к последовательной проактивной климатической политике, соответствующей статусу России в рамках международного климатического режима и реальному положению дел в её экономике. В качестве направления международной политики могло бы быть создание российской системы торговли парниковыми газами и ее объединение с другими международными системами (разд. 6.2).

В области глобальной технологической модернизации Россия могла бы направить дипломатические усилия для передачи и ускоренного внедрения передовых технологий странам, которые ими не обладают, а также приоритетного межстранового финансирования климатически дружественных проектов вне зависимости от состояния политических отношений между странами, например, в области мониторинга и изучения процессов, связанных с выходом метана из зон распространения вечной мерзлоты и с поверхности Мирового океана (https://climatescience.ru/articles/5f871c16d5b1620019fa6fc5).

Содержание

Резюме

1. Климатический кризис — дестабилизирующий фактор, определяющий новый этап

развития цивилизации.

1.1. Актуальные научные данные о причинах и последствиях происходящего изменения

климата (ИК).

1.2. Советская и российская наука об изменении климата.

1.3. Климатические угрозы особо ценным природным и культурно-историческим объектам.

1.4. Деградация вечной мерзлоты и связанные с этим риски.

1.5. Последствия для здоровья населения.

2. Изменение климата: экономические и политические риски.

2.1. Тренды глобального низкоуглеродного развития и их влияние на экономику РФ.

2.2. Угольные регионы и перспективы сокращения рынка угля.

2.3. Изменение климата и миграционные процессы.

3. Технологическая трансформация как одно из ключевых решений для управления

экономическими и политическими рисками и успешные примеры такой трансформации.

3.1. Развитие ВИЭ и повышение энергоэффективности как способы управления

экономическими и политическими рисками.

3.2. Адаптация к негативным последствиям ИК как фактор стабилизации в условиях новой

климатической реальности.

4. Новая внутренняя климатическая политика государства

4.1. Амбициозная климатическая политика и углеродное регулирование как стимул для

технологической трансформации.

4.2. Финансово-экономические инструменты реализации новой климатической политики.

4.3. Новые подходы в управлении лесами.

4.4. Подходы в адаптации к изменению климата.

5. Общественный запрос на экологическую модернизацию как условие для

технологической трансформации российской экономики.

5.1. Общественный запрос на экологическую модернизацию.

5.2. Состояние гражданского общества в формировании запроса на новую экологическую

политику.

5.3. Роль СМИ, науки и образования в формировании новой климатической политики.

6. Международная климатическая политика.

6.1. Внешняя климатическая политика РФ.

6.2. Роль и возможности Российской Федерации на международной арене в связи с

реализацией политики технологической трансформации.

 

© 1993-2021 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter